Профессор Крейчи: «Запад совершил грубейшую ошибку» (Parlamentnilisty.cz, Чехия)

__________________________________________

 


...Сирия — это печальная история о том, что Запад не способен выиграть ни одну войну — даже ту, которую начал сам», — говорит в интервью ParlamentníListy.cz политолог и профессор Оскар Крейчи. Большой стратегической ошибкой Запада он считает то, что тот сблизил Россию с Китаем. Крейчи очень хвалит Китай за его динамичность и модернизацию. «Таких высот, каких Китаю удалось достичь за 30 лет, история еще не видывала».
 


Parlamentní listy:Несколько дней назад вы вернулись из Китая. Эта поездка, вероятно, стала самой дальней для вас в этом году и, конечно, принесла вам массу впечатлений. Какими вы видите настоящее и будущее этой большой страны?

 Оскар Крейчи:Прежде всего я хочу поблагодарить принимающую сторону за то, что она подготовила для нас. У меня остались прекрасные впечатления, в том числе от красивейшей природы, которая отличается от нашей среднеевропейской, и от архитектуры. Кроме классической, там есть и сверхсовременная архитектура. Пожалуй, не все хотели бы в ней жить, но она добавляет колорита в общую картину. Огромные дома, прекрасные парки — это первое особенное впечатление, которого я не ожидал. И второе, которое непосредственно связано с первым, это невероятная динамика. Работоспособность, решимость руководства создавать инфраструктуру, предприятия на самом современном, самом передовом уровне. Никаких компромиссов: «Нам нужно только лучшее». И это видно. Таких высот, какие Китаю удалось достичь за 30лет, история еще не видывала.

— Может ли экономика Китая обогнать Соединенные Штаты?

— Я полагаю, что Китай уже это сделал. Все зависит от того, какие цифры оценивать. Если взять ВВП, паритет покупательной способности и посмотреть на Международный валютный фонд, то выходит, что Китай уже сегодня экономически сильнее Соединенных Штатов. Тут трудно подсчитать, потому что речь идет о точных подсчетах неточных цифр. Если взять производительность китайской деревни, которая по-прежнему перенаселена, то ее продукция не отправляется на рынок и не включается в ВВП. Если говорить о реальной экономике, то Китай сегодня намного обогнал США. Если говорить о показателях на душу населения, то в этом отношении, конечно, Соединенные Штаты выигрывают. Но что в Китае замечательно, так это программа модернизации и открытость миру. Там продуман тот аспект, который мы 25 лет назад упустили. Там можно приватизировать даже стратегические предприятия. Но в них нужно оставлять контрольный пакет. Если это делается, получается инструмент влияния на экономику. Если нет, как в случае чешского правительства, то и инструментов нет никаких. Другое дело — пригласить иностранный капитал, как то сделала Чехия, и позволить вывозить сотни миллиардов прибыли — такое может сделать любой дурак. Китайцы проводят однозначную политику, направленную на привязывание иностранных инвестиций к стране так, чтобы и прибыль, и технологии оставались в Китае. Я подразумеваю ключевые технологии, а не механические операции, как, например, штамповка запчастей для автомобилей в Чехии. В Китае собственное производство. Они дают людям работу и не позволяют вывозить из страны прибыль в таких неограниченных объемах, как в Чехии. Эта политика намного умнее, и ее результаты очевидны. Кстати, это совершенно не связано с марксизмом. Это умная неомеркантилистская политика, которую мог избрать каждый. Однако идеологическая слепота авторов реформ в Восточной Европе плюс эгоистические интересы некоторых капитальных групп привели к тому, что сегодня инструментов у нас нет. Как и резервов, которые есть у китайцев. Этот их проект намного лучше и, конечно, сулит Китаю огромные перспективы. Кто еще пять лет назад мог бы себе представить, что китайцы будут строить реактор в Великобритании.

— Конечно, Китай устраивает подобный подъем, но не опасен ли он для международных отношений? Я имею в виду уже ранее высказанное вами мнение о том, что смена гегемона — это наиболее сложный период в международных отношениях, когда существует угроза войны. Такая угроза действительно есть?

— Несомненно. И моральная обязанность каждого сегодня — предотвратить войну. Почему? Китай — это государство, которому для собственных успехов нужен мир. Достаток капитала, рабочей силы. Китаю достаточно лишь продуманной политики, которую он и проводит. Конечно, есть масса ошибок, которые всегда неизбежны, но основная линия продумана. И остановить китайцев может только война. Потому что ни у кого другого нет столько капитала и столько рабочей силы. Если пустить капитализм на самотек и защищать свободный рынок, как это делалось прежде, когда Запад был сильнее, то Китай обязательно победит и станет ключевой державой. Помешать этому сегодня можно только военной силой, что стало бы страшной трагедией. Но Западу удался один фокус — сблизить Китай и Россию. Китай чрезвычайно динамичен экономически. А Россию Запад своим давлением, то есть экспансией на Восток, вынудил к тому, чтобы она модернизировала свой стратегический арсенал. За последние два-три года России удалось восстановить стратегическое равновесие с Соединенными Штатами. Другими словами, в ближайшие годы никто не может напасть на Россию и ее ближайшего союзника — Китай. Это невероятно грубая ошибка Запада, вызванная его эгоцентрическим взглядом на мир.

— Раз уж вы упомянули Россию, то какая там сложилась ситуация? В прошлом году после событий на Украине Запад ввел против России санкции, и она была в роли эдакого изгоя. В этом году, как мне кажется, позиция России несколько изменилась…

— И изменилась, и нет. Все дело в поступках. Во-первых, санкции. Министры иностранных дел пусть и улыбаются друг другу, но продлевают санкции. Но тут есть два основных фактора, которые показывают нам, как выглядит мир. Вспомним празднование 70-летия конца Второй мировой войны в Москве и в Пекине. Кто там шел плечом к плечу? Путин с Си Цзиньпином. Я бы посоветовал каждому чеху посмотреть не только парад, но и концерты, которые состоялись после парада на Красной площади в Москве и в Пекине в зале Всекитайского собрания народных представителей. Российский концерт был привычнее нашему уху и глазу, потому что там исполнялись советские военные песни и танцы. Рядом сидели российский и китайский президенты. И то же было в Пекине, но только с китайской музыкой и хореографией. Это были более чем дипломатические символы понятные каждому. Кроме того, россияне продали в Китай С-400, самую современную оборонную систему. Этот жест защищает Китай от всех, кого не устраивает его экономический рост. Более того, это сигнал: «Мы на вас войной не пойдем, потому что продаем вам лучшие оборонные системы, которые у нас есть». Это военно-дипломатические жесты первоочередного порядка. Я считаю их принципиальными.

Особенная роль и у Сирии. Это печальная история о том, что Запад не способен выиграть ни одну войну — даже ту, которую начал сам. Все зашло настолько далеко, что под угрозой отказались и те государства, которые не принимали участие в разрушительном ударе по Северной Африке и Ближнему Востоку, который принято называть арабской весной. Исламский терроризм, прежде всего, угрожает странам постсоветского пространства. Зона опасности пролегает через Центральную Азию вплоть до уйгуров в северо-западном Китае. То есть вмешаться кто-то должен был. Печально, однако, что путь к дипломатическим переговорам открылся только после военного вмешательства России. Только после него начались переговоры в Европе и в Нью-Йорке в ООН. Только тогда, когда стало ясно, что Асада не уничтожить, что наземные войска нужны, и что россиян санкциями никто не остановит. Напротив. Они сплачиваются, и растет их готовность обороняться. Это классический русский рефлекс. Санкциями можно сломить чехов в Центральной Европе, но не русских. Хотя и мы, и они славяне. Но характеры у нас совершенно разные. Они реагируют совершенно иначе. Мы приспосабливаемся к давлению, а они сопротивляются. Это отнюдь не критика. Таким образом мы выживаем в истории. Подул ветер — мы прогибаемся. Когда ветер утихает, мы снова выпрямляемся. Но русские стоят и готовы нанести ответный удар. Они упрямее. Так что только военное вмешательство открыло путь для дипломатии. И это пример того, насколько слаба дипломатия в XXI веке.

— Каков ваш прогноз на 2016 год?

— Основная проблема — это президентские выборы в Соединенных Штатах, потому что от них зависит поведение Запада. По опыту мы уже знаем, что на восьмой год президентства в США происходят переломные события. Мы видим, как Обама подстроился под идеологические принципы. Недавно появились сообщения о том, что американские разведки очень точно, как мне кажется, информировали о ситуации в Сирии: «Мы вынужденно боролись против Асада, потому что были одержимы идеей, что с Асадом ничего невозможно. Но победить можно только с Асадом, а все остальное потом». Подобные идеи президент Обама воспринимает с трудом, хотя они однозначны. Обама демонстрирует нереалистичный и идеологический подход. И в следующем году это может каким-то образом измениться. Как — увидим. Здесь кроется и основная проблема миграционного кризиса. Если в ближайшее время удастся закончить войну в Сирии, то как минимум балканский поток беженцев, который проходит мимо нас, должен очень уменьшиться. Также усилится давление на Турцию, так что число иракских и афганских беженцев, проходящих через Турцию, должно будет сократиться. По-другому дела обстоят в Африке. Там необходимо урегулировать ситуацию в Ливии, что, конечно, будет непросто. Так что эти перспективы я оцениваю, скорее, как шанс на уменьшение миграционной волны...

Рейтинг: 
Средняя оценка: 5 (всего голосов: 15).

реклама 18+

 

 

 

___________________

 

___________________

 

_________________________

_____________________________________________________