Почему мы спокойны. Ирина Алкснис

__________________________________________


Помните, еще совсем недавно была такая тема — о Трансатлантическом торговом и инвестиционном партнерстве?
 


Всего год назад шли бурные обсуждения, что США вот-вот продавят соглашение, после чего выпьют европейскую экономику до донышка. Сомнений, что Штаты добьются своего, практически не было. Скептики, полагавшие, что не стоит недооценивать Старую Европу, были едва ли не в единичных количествах.

Прошел всего год, и о TTIP уже практически никто не вспоминает. Более того, нынешняя американская администрация сама закрыла тему, заявив, что это соглашение вовсе не так уж выгодно для США, как об этом заявляли.

И вот новый раунд старой игры.

Соединенные Штаты готовы принять новые санкции против России, голосование в конгрессе ожидается сегодня — во вторник, 25 июля. Европа же скандалит так громко, как будто ее режут.

И, в общем, так оно и есть.

Американцы нашли очередной (и, будем честны, остроумный) способ выдоить Европу досуха, и нужна-то для этого сущая мелочь — лишить старушку российского газа, заблокировав строительство газопроводов.

Нет, для России, безусловно, это станет неприятным ударом — неприятным и тяжелым, но все-таки не фатальным. А вот для Европы покупка вместо российского газа за 200 долларов американского — за 500 — в итоге приведет к роковым последствиям.

Самое смешное, что все это происходит под замечательным лозунгом защиты энергетической безопасности союзников.

Как и было сказано, остроумный ход.

Но, как и в случае с TTIP, стоит обождать, прежде чем прогнозировать триумфальную победу Нового света над Старым.

Европа — Старая Европа — за последние годы неоднократно доказала, что у древнего хищника по-прежнему крепкая хватка.

За пару десятилетий оказались успешно высосаны для благополучия «сердца» ЕС периферийные экономики Европы. Причем уже не только Восточной: «в расход» теперь пошла и Южная Европа — Греция, Португалия. Миграционный кризис, который, казалось, обернется демографической, социально-экономической и политической катастрофой, успешно купирован. Да и пример с Трансатлантическим партнерством оказался весьма показательным.

Энергичный, агрессивный и молодой американский хищник увяз в тягучих объятиях европейской дипломатии и бюрократии.

Свежий скандал между Европой и Штатами интересен скорее другим — выходом схватки бульдогов из-под ковра на публику.

С TTIP все было куда более традиционно и респектабельно. Беспощадная политическая и бюрократическая борьба шла в тиши высоких кабинетов, только время от времени отражаясь на страницах деловой прессы да на улицах европейских городов — в виде акций протеста населения.

Со своим новым санкционным законом Штаты поломали привычную схему, сделав настолько открытый агрессивный выпад в сторону Европы, что там, похоже, даже несколько оторопели от такого хода, ну и ответили в том же духе — резкими комментариями и официальными заявлениями.

Ответ на вопрос, удастся ли ЕС и на этот раз в противостоянии с американским братом, союзником и партнером переломить ситуацию в свою пользу — остается открытым. Но стоит повториться, что не надо недооценивать политического хищника, который за тысячу лет поднаторел в искусстве выживания.

Самым же важным и интересным во всей этой истории является, пожалуй, именно ее открытая скандальность и конфликтность. То же Трансатлантическое партнерство неспешно разрабатывалось едва ли не с 1990-х годов, и только в 2010-х его начали энергично продвигать (и не менее энергично ему противостоять), но все равно в рамках привычных бюрократических процедур, в результате чего этот «энергичный процесс» занял несколько лет.

Молниеносность (буквально — несколько недель) развития ситуации с санкционным законопроектом — очевидно, безо всякого предупреждения и «предварительных ласк» европейских партнеров — говорит о главном: Штаты и Европа находятся в состоянии жесткого цейтнота. Причем речь даже не о годах, а о месяцах и неделях.

Прямо здесь и сейчас принимаются решения, которые определят перекраиваемую геополитическую конструкцию мира. А спешка, открытая конфликтность и эмоциональность реакции с обеих сторон — что США, что Европы — выдают их нервозность и тревогу.

Что касается России, то, несмотря на то, что именно она формально является главным объектом нового санкционного закона, — Кремль сохраняет полное внешнее спокойствие по поводу происходящего, ограничиваясь выражением «крайне негативного» отношения насчет готовящегося к принятию законопроекта. Даже если это спокойствие показное, для третьих стран — будь то Ирак, Катар или Турция — оно выглядит вполне убедительным.

Старая поговорка утверждает, что «бегущий генерал в мирное время вызывает смех, а в военное — панику». Великих держав, определяющих судьбы мира, это касается в куда большей степени.

Ирина Алкснис


Также по теме...
Чем ответит Россия?

У России есть два фактических метода для возможного полновесного антиамериканского ответа. Первый – симметричный, например прекратить сотрудничество в космической области с НАСА перестав делиться ресурсами «Роскосмоса», импортом российских ракетных двигателей и проведением консультации. Однако данный шаг подорвет и доходную базу самой российской компании, а также заставит Вашингтон излить беспрецедентные финансовые потоки на частные космические корпорации, взрастив тем самым ненужного России отраслевого конкурента. Также, мы могли бы симметрично отказать США в поставках алюминия, титана и молибдена, используемых в производстве продукции компании «Боинг», но и в этом случае Москва слишком сильно заинтересована в закупках и обслуживании действующего парка американских самолетов, и будет нуждаться в них как минимум до серийного внедрения своих аналогичных бортов. Россия могла бы отказаться от контрактов по поставкам «Рособоронэкспорта», например вертолетных запчастей и цифрового оборудования для обслуживания проданных США вертолетов для нужд Афганистана. Но и в этом случае, рост терроризма в средней Азии сулит стране не мало лишних проблем. Иными словами, симметричный ответ – не является полноценным решением, поскольку в сущности, Россия не покупает у Америки ничего критичного, а то что продает, выгодно развитию ее собственной экономической системы.

Второй подход противодействия – является ассиметричным, и в этом разрезе США не зря ожидают удара с «неожиданной стороны». В частности, Москва в состоянии безболезненно для себя, но чувствительно для Вашингтона начать сотрудничество в космической сфере с Китаем. Пекин собирается строить свою космическую станцию и уже пригласил Россию к участию в проекте, а плодотворный союз и результат такого сотрудничества для американской стороны является по – настоящему критичным. Также, транснациональные компании Америки имеют виды на российские земли и совместную разработку энергетических ресурсов, однако и к данным объектам доступ чрезвычайно быстро может быть перекрыт. Есть и другие ассиметричные шаги, например в редкоземельной составляющей и IT – индустрии, которые как минимум, не менее эффективны чем последствия крайне успешного продуктового эмбарго в отношении ЕС.

Европа в вопросе нынешних санкций, по ряду причин также является для российской дипломатии частью удачного ассиметричного ответа. Во–первых, законопроект США накладывает санкции не только против нашей страны, но и против тех компаний, которые связаны с Россией по линии торговли сырьем, газом, металлом и многими другими продуктами. Во-вторых, подпадающие под данный список корпорации – это европейские гиганты индустрии из Германии, Австрии, Голландии и прочих стран ЕС. В третьих, в Германии близятся очередные выборы и Меркель, как выдвиженец промышленных немецких элит, не в состоянии как и раньше закрывать глаза на попрание интересов собственных спонсоров. И наконец, в четвертых, за прошедшие с введения санкций три года, от ответных российских мер одна только Германия потеряла около трехсот тысяч рабочих мест, а ЕС в целом, более ста миллиардов полновесных долларов. Лишь по итогам первых пяти месяцев 2017 года товарооборот между Россией и ЕС начал бурно расти, достигнув тридцати процентного уровня и 97,5 млрд. долларов. Учитывая вышеописанное, Европе несмотря на геополитическую несамостоятельность есть, что терять, и потому Брюссель вместе с «локомотивами» Еврозоны активно ищет шаги способные не допустить антироссийские санкционные меры США к исполнению на территории Евросоюза.

Еще одним ассиметричным ответом может стать масштабный судебный процесс инициированный Россией в рамках организации ВТО. Поскольку предпринимаемые американской стороной односторонние меры нарушают буквально все нормы этой авторитетной международной организации. Также, Трампу в ходе полуторамесячных дискуссии с Конгрессом удалось смягчить изначальный вариант антироссийского законопроекта. Во-первых, министр финансов США теперь лишен возможности накладывать ограничения не только на железнодорожный и металлургический сектор России, но и на судоходный. Во-вторых, сроки возможного западного кредитования российских нефтегазовых компаний сокращены с 90 дней до 60, а не до 30-ти, как это планировалось ранее. И в-третьих, запрет на поставку американских технологий будет касаться только новых нефтегазовых проектов России, а не тех, которые к настоящему времени уже введены в строй и успешно функционируют.

Какое влияние окажут американские санкции на внутреннее положение в стране?

Как ни странно, но в нынешних - тяжелых для Российской Федерации условиях, новые ограничительные меры со стороны США вполне могут привести к крайне существенным для национального менталитета плюсам. Как минимум, без еще большего усиления внешнего давления Россия вряд ли вообще сможет хотя бы начать пересмотр своей традиционной финансовой политики и бесперспективной экономической либеральной парадигмы. После введения новых санкционных мер такая мотивация у нее резко появится. В частности, один из пунктов в тексте американского законопроекта предусматривает «ограничения на операции российских финансовых институтов с федеральными казначейскими облигациями США» и пока Вашингтон подобным решением демонстрирует полное непонимание России, считая данный шаг серьезным ударом по экономике страны, для нас он открывает просто фантастические перспективы. Казначейские облигации ФРС Америки – это самый надежный долговой инструмент и они действительно суперликвидны, но в нашей стране, вопреки ожиданиям американцев, многомиллиардные инвестиции доходов государства в чужую экономику, даже с учетом получаемых от этого прибылей давно и прочно являются крайне не популярным решением. Теперь же, благодаря монетарной логике Вашингтона данный пункт дает руководству России весомый повод для сокращения, отказа или полного вывода государственных инвестиций из американских долговых бумаг, а также не оставляет для сопротивляющегося этому всеми силами экономического блока и Минфина существенной возможности для маневра. Также, после одобрения законопроекта у российской элиты не останется иного выбора, кроме как, либо осуществлять свои будущие вложения в национальную экономику, либо поставить крест на российском рынке и сбросив пророссийские маски уйти в открытую оппозицию. Для либерального блока новые санкции также не оставляют привычных отговорок для изъятия всех сверхдоходов от продажи сырья в пользу резервных фондов. Теперь у «левого крыла» появляется вынужденная необходимость тратить часть накопленных ресурсов для развития экономики внутреннего потребления, а также на замену внешних инвестиций собственными, как это активно делают США и Китай. В виду технологического раздела санкций, у страны также не остается альтернативы, кроме как растить собственных отраслевых специалистов и ускоренно реанимировать аспект фундаментального образование, обеспечения высоких условий работы и оплаты труда, а также темпов импортзамещения. Плюс, в нынешних условиях, не остается иного выбора и в сфере контроля каждого бюджетного рубля, и каждой транзакции банков и госкомпаний, вместо безотчетного использования дождя капиталов на плохо структурированные коррумпированные отрасли.

В целом же, наилучшим образом о масштабе угроз со стороны нового американского законопроекта в адрес России высказался эксперт по международной торговле, работавший над антироссийскими санкциями в Совете национальной безопасности США Дэвид Мортлок, который накануне нынешнего принятия антироссийских мер публично заявил:

«В случае с такими странами, как Иран, любая новая санкционная мера действительно может довольно существенно изменить сложившуюся ситуацию. Но Иран — хотя и довольно крупная экономика, всё – равно не сравним с Россией. И хотя нынешняя американская администрация и пытается ввести против Москвы санкции в одностороннем порядке, реальность такова, что российская экономика слишком сильна и масштабна для того, чтобы ей существенно навредили одни лишь односторонние американские ограничения».

Таким образом, санкции Вашингтона хотя и беспрецедентны, невероятно наглы, и весьма велики, радикальной угрозой для России не являются. Гораздо важнее то, как мы воспользуемся выпавшей с их появлением уникальной возможностью, и насколько глубоко успеем пройти по пути построения новой, государственно – ориентированной национальной экономики.

RoSsi BaRBeRa [Руслан Хубиев]       https://cont.ws/@barbera/672313               

Рейтинг: 
Средняя оценка: 5 (всего голосов: 16).

реклама 18+

 

 

 

___________________

 

___________________

 

_________________________

   _________________________________