Китайский урок для России

Реклама (18+)


Проводить исторические параллели необходимо, это позволяет лучше понимать то, что происходит в настоящем. Как писал Клайв С. Льюис: «Из того, что в средние века люди ошибались на один лад, не следует, что мы должны ошибаться на другой».

Стоит вспомнить еще и «вождя мировой революции» В. И. Ульянова-Ленина: «Анализируя ошибки вчерашнего дня, мы тем самым учимся избегать ошибок сегодня и завтра». В конце концов, прошлое — это мост, который перебрасывает нас через пучину настоящего в будущее…

Но у русских людей есть одна беда. Мы смотрим на Запад, а европейскую историю делаем мерилом своей собственной. Между тем, неплохо бы и на Восток обернуться, на тот же Китай. Там отыщется масса примеров, как должно или не должно поступать. Восстание тайпинов и почти «коммунистическое» государство Тайпин Тяньго («Небесное государство Великого благоденствия») показывают нам, что такое светлое чувство — патриотизм может оказаться разрушительным для нации и страны.

Во второй половине XIX века Китаем владела маньчжурская династия Цин, пришедшая на смену Мин в XVII столетии. Династия Мин, основанная Чжу Юаньчжаном после изгнания монгольской династии Юань, правила свыше 270 лет. И если первый император имел крестьянское происхождение и господствовал умело, то его наследники постепенно потеряли способность к принятию решений, погрязли в сибаритстве и разврате, передав власть своеобразной социальной группе — евнухам, которые подрядились заправлять не только в гаремах и при дворе, но и в армии, и в налоговых службах, да, практически, везде. И продвигала эта каста на высшие посты лишь евнухов, испытывая бесполую солидарность.

Тоже самое ныне происходит в Европе. Содомиты и лесбиянки, пробираясь в парламенты или правительства, в СМИ или кино, тянут за собой «своих». Ежели рассмотреть все с позиций диалектики, то евнухи Китая и содомиты Европы — весьма схожие по менталитету сообщества.

Бесполие — это бесполие, но и однополие — бесполие, ибо стираются естественные границы внутри человеческого рода. После неудачной попытки отбросить касту евнухов от государственной кормушки, в Китае установился беспорядок, коим и воспользовались чжурчжэни (маньчжуры), извлекшие из преданий мысль о древней чжурчжэньской династии Цзинь (уничтоженной монголами в 1234 году), и захватили державу. Так родилась Цин.

Цин китайцам не нравилась. Тем паче, что судьба простого народа отнюдь не была сладкой. Восстание тайпинов (1850-1864) наложилось так же на две «Опиумные войны», которые вели Великобритания, Франция и отчасти США против цинцев. Первая (1839-1842), впрочем, завершилась до восстания, а Вторая (1856-1860) пришлась аккурат на тайпинскую инсуррекцию. Европейцы за счет торговли опиумом в Китае придумали поправить ситуацию в собственных экономиках. За это и сражались они.

Руководитель тайпинов Хун Сюцюань был выходцем из крестьянской среды, получившим недурственное образование и дважды проваливший экзамен на чиновника. В результате он основал особое религиозно-политическое общество с идеологией коммунистического толка (этакая смесь протестантизма, даосизма, буддизма и теории равноправия). Поклонники Хун Сюцюаня почитали оного за младшего брата Иисуса Христа. Вокруг вождя сформировался круг очень талантливых людей, обладавших, в том числе, и полководческими дарами.

Всю историю восстания пересказывать смысла не имеет. Отметим, что после взятия революционерами экономико-политической столицы юга Китая — города Нанкин в 1853 г. и сформировалось государство Тайпин Тяньго. Кстати, при штурме Нанкина было вырезано 20 тыс. маньчжуров (мужчин, женщин, детей). Такая вот особенность борьбы за свободу и равноправие, проявляющаяся во всех тысячелетиях истории.

В дальнейшем в Тайпин Тянго было и введение равноправия, и обобществление имущества. И присвоение княжеских титулов ближайшим соратникам. И походы против Цин. И заговоры: с отравлениями и казнями.

С европейцами первоначально договорились, ведь хотя Хун Сюцюань и выступал против торговли опиумом (как и Цин), но обещал большую открытость Китая. Великобритания и ее союзники лишь наблюдали, чья возьмет. Совсем, как Гарри Трумэн в XX в.: «Если мы увидим, что выигрывает Германия, то нам следует помогать России, а если выигрывать будет Россия, то нам следует помогать Германии, и таким образом пусть они убивают как можно больше, хотя я не хотел бы увидеть Гитлера победителем ни при каких обстоятельствах. Никто из них не держит своего слова».

Цин и Тайпин Тяньго была дана возможность «убивать как можно больше». Так что у Трумэна имелись предтечи и наставники…

Но за тайпинским восстанием в Китае поднялись и тайные общества, вроде «Хунцяньхуэй» («Общество красной монеты») и сепаратисты (народность мяо и др.). «Красноголовые» создали свое государство, восставшие мусульмане создали свое. Страна стала расползаться, как гнилое лоскутное одеяло.

Цин инициировала организацию частных войск, кои достаточно хорошо воевали затем с тайпинами, например, армия Цзэн Гофаня.

В это же время из-за недосмотра (все заняты войной против всех) прорывает дамбы на Хуанхэ. Река меняет течение. Наводнение и уничтожение рисовых полей приводит к голоду, эпидемиям и людоедству.

Европейцы же, удовлетворившись поражением Цин и принятием новых условий торговли, принялись оказывать помощь в подавлении восстания тайпинов (теперь они начали мешать), например, одну из процинских армий возглавил британец Ч. Гордон.

Тайпинское государство покатилось к закату. Тайпины начали проигрывать войну. Столицу Тайпин Тяньго обложили со всех сторон.

В 1864 году в осажденном цинцами Нанкине покончил самоубийством Хун Сюцюань. После падения Нанкина отдельные тайпинские отряды сопротивлялись вплоть до 1868 года.
Ученые подсчитали, что патриотизм тайпинов обошелся Китаю в 118 млн. человеческих жизней (с учетом боев, террора, развязанного и Цин, и Тайпин Тяньго, голодовок, наводнений и прочего, что сопровождает развал страны).

Из китайской истории позапрошлого века нам надо извлечь урок. Современная Россия в чем-то неуловимо напоминает эпоху Цин. Русские патриоты и националисты часто выражают справедливое недовольство положением дел в Российской Федерации. Но, как мы видим, патриотизм может быть и разрушительным.

Разве не правы были тайпины, возмущавшиеся Цин? Конечно, правы. Да только все завершилось печально. Тот же Китай окончательно превратился после восстания в европейскую полуколонию.

Патриотизм без рассуждения, устремившийся к мифическим отвлеченным идеалам, опасен для жизни народа и государства не менее, чем прозападный либерализм.

Сие печальный и неприятный урок. Но лучше бы его усвоить…

Александр Гончаров

Рейтинг: 
Средняя оценка: 4.4 (всего голосов: 13).

Реклама (18+)