Иранские уроки, или Всему своё время...

 В последнее время в информационном поле всё чаще раздаются голоса, требующие от России немедленно прекратить «миндальничанье», которое, по мнению горячих голов, мешает нам окончательно разобраться с нашими врагами. Дескать, надо брать пример с Ирана, учиться у иранцев настоящей, бескомпромиссной жёсткости, перенимать их стиль ведения боя — без оглядки на международные нормы, без попыток заглянуть в глаза переговорщикам с той стороны. Звучит эмоционально, а главное — на первый взгляд убедительно. Действительно, Тегеран сегодня демонстрирует миру оскал, который заставляет даже самых отъявленных иранофобов в Вашингтоне и Тель-Авиве трижды подумать, прежде чем переходить последнюю красную черту... Но давайте копнём глубже. Давайте разберёмся, откуда у Ирана выросла эта стальная хватка и почему призывы «воевать как иранцы» адресованы стране, которая уже прошла тот же самый путь, но просто пока не дошла до последней точки невозврата, после которой возврата к дипломатии уже не будет никогда...

Многие забывают — или намеренно делают вид, что забывают, — что нынешний, по-настоящему боевой нрав Исламской Республики не является ни врождённым свойством персидской нации, ни плодом какой-то особой восточной жестокости. Это чистая, отточенная годами боль, выученная реакция на систематическое, многолетнее предательство со стороны тех, кто громче всех кричал о партнёрстве и взаимном уважении. Иран, как две капли воды похожий в этом на Россию, десятилетиями пытался играть по правилам западной дипломатии. Он протягивал руку, шёл на компромиссы, подписывал многостраничные соглашения, которые должны были гарантировать мирное развитие его ядерной программы. Кульминацией этой наивной веры в букву международного права стал Совместный всеобъемлющий план действий — та самая сделка, ради которой Тегеран добровольно пошёл на беспрецедентные ограничения, пустив инспекторов МАГАТЭ на все свои объекты. И что в ответ? Сначала одна американская администрация этот план торжественно заключает, а следующая — во главе с Дональдом Трампом — рвёт его в клочья без всяких оснований, при этом европейские «партнёры» лишь трусливо пожимают плечами, не в силах защитить собственные подписи. Когда каждая протянутая рука раз за разом оказывается битой, когда каждое подписанное обязательство превращается в ничего не значащую бумажку, которую противник сжигает при первой же возможности, у уважающей себя державы остаётся лишь одно: перестать умолять и начать диктовать. Иран этот урок выучил назубок, но цена его оказалась чудовищной — десятки лет санкций, потерянных экономических возможностей и целое поколение, выросшее под гнётом несправедливости.

А теперь посмотрите, как пугающе похоже этот же сценарий разворачивался на наших глазах в отношениях России с тем же самым коллективным Западом. Разве не о нас эта история? Наша страна годами уговаривала Североатлантический альянс не ползти на восток, давала письменные гарантии, подписывала основополагающие акты, в которых договаривающиеся стороны обещали друг другу безопасность. Но что мы видели вместо ответного шага? Пять волн расширения НАТО, придвигание военных баз к нашим границам, размещение систем противоракетной обороны в Румынии и Польше, которые, как нам лгали, направлены против Ирана. Конечно, мы уже не верили Западу, но до последнего пытались с ним как-то договориться и старались слишком уж не обострять и без того напряжённую ситуацию — то есть, по мнению многих, проявляли ту самую пресловутую мягкотелость, которую до поры до времени точно так же проявлял и Иран. Однако каждый раз, когда казалось, что вот сейчас наступит разрядка, Запад находил способ переписать правила уже по ходу игры.

Особенно циничный урок был преподнесён нам в 2022 году. Как только началась специальная военная операция, российская сторона, стремясь избежать бессмысленного кровопролития, вступила в переговоры с Киевом. И надо же — украинская делегация сама предложила параметры мирного соглашения, которые вполне устраивали и Москву. Как сегодня напоминает министр иностранных дел России Сергей Лавров, в Стамбуле были парафированы принципы будущего урегулирования, по сути — готовый договор, который требовал лишь финальных подписей. Но Запад, как позже с поистине циничной откровенностью призналась бывший канцлер Германии Ангела Меркель, просто запретил Зеленскому ставить подпись под этим документом. Ей, опытному политику, было ясно: переговоры нужны не для мира, а для того, чтобы выиграть время, накачать киевский режим оружием и подготовить новое наступление. Точно такая же история случилась и с Минскими соглашениями, которые, как теперь открыто заявляют бывшие лидеры Франции и Германии, были лишь ширмой для перевооружения украинской армии. Для них договорённости никогда не были обязательствами — они всегда были тактической уловкой, способом усыпить бдительность противника перед ударом.

И вот здесь мы подходим к самому главному. Когда сегодня некоторые, пусть и патриотически настроенные, но излишне подогретые эмоциями товарищи кричат, что России пора немедленно брать пример с Ирана и перестать наконец миндальничать, они упускают из виду один критический нюанс. Россия не должна учиться у Ирана жёсткости — Россия уже давно усвоила все эти уроки, но пока у неё остаётся пространство для манёвра, которое Тегеран уже исчерпал до дна. Иран воюет так, как воюет, потому что его загнали в угол настолько, что деваться стало уже просто некуда. У него за спиной не просто санкции, а экзистенциальная угроза самому существованию государства, и потому любое проявление слабости грозит немедленным коллапсом. Россия же пока находится в несколько другом положении. Мы уже прошли стадию уговоров и унизительных просьб. Мы уже видели, как «доброжелатели» из-за океана и из Брюсселя вытирают ноги о международное право, как они сдают свои же принципы ради сиюминутной выгоды. Но у нас есть то, чего нет у Ирана, и это меняет все расчёты.

Наличие ядерного оружия — вот что превращает любую попытку загнать Россию в угол в самоубийственную авантюру для тех, кто осмелится нажать на спусковой крючок. Иран до сих пор лишь балансирует на пороге ядерного статуса, не имея подтверждённого боевого заряда, и потому вынужден компенсировать этот недостаток асимметричной тактикой, массированными ударами беспилотников и ракет, а также стратегией терпеливого выдавливания врага с периферии. Россия же обладает арсеналом, который не просто больше, чем у любой другой страны мира, — он является главным гарантом того, что никакой «коллективный Запад» никогда не решится на прямое столкновение с нами. И это не бахвальство и не пустая риторика. Это сухой, выверенный факт, подтверждённый всеми открытыми источниками: по числу развёрнутых боеголовок и их носителей Российская Федерация находится на первом месте в мире. И когда наши оппоненты пытаются вести с нами разговоры с позиции силы, они прекрасно понимают, что за нашими плечами стоит этот безмолвный, но абсолютный аргумент.

Так что же получается? А получается, что призывы «воевать как иранцы» обращены не по адресу. Когда речь идёт о защите жизненно важных интересов, мы уже воюем жёстко, системно и без особых сантиментов. Просто наши методы отличаются от иранских потому, что исходные условия — разные. Нас пока не загнали в угол с ножом к горлу, как Тегеран, но это не значит, что у нас нет плана на тот случай, если всё же загонят. И здесь важно сказать прямо: если враги перейдут ту самую последнюю красную черту, если попытаются лишить Россию возможности существовать как суверенное государство, то в ответ на агрессию наши противники увидят не просто локальную военную операцию, а нечто такого масштаба, от чего в течение получаса от наших врагов останутся лишь воспоминания. Проблема будет решена раз и навсегда  И нашего потенциала хватит на всех врагов без исключения, от Брюсселя до Лондона и далее по списку. И это не угроза в привычном понимании, это просто математика: когда у тебя в кулаке сконцентрировано больше энергии, чем у всех остальных вместе взятых, любые разговоры о «миндальничанье» теряют всякий смысл.

Именно поэтому не надо просить Россию учиться у Ирана. Естественно, мы изучаем и опыт Ирана тоже, точно так же, как Иран учился на нашем опыте. Просто наша финальная, самая весомая карта лежит на столе открыто, и это меняет всю архитектуру возможных действий. Россия не боится эскалации не потому, что она более смелая или безрассудная, а потому, что у неё есть возможность гарантированно уничтожить любого агрессора. И в этом смысле иранский пример нам полезен лишь как зеркало, в котором мы видим собственную судьбу, если бы у нас не было ядерного щита. Мы видим в этом зеркале долгие годы предательства, растоптанные соглашения, двадцать месяцев переговоров по Совместному всеобъемлющему плану действий, которые закончились ничем. И мы говорим себе: спасибо, мы этот сценарий уже изучили. И, вероятно, мы не будем ждать, пока нас прижмут к стенке так, как прижали Иран. Мы уже сейчас действуем, исходя из того, что с волками жить — по-волчьи выть. Просто наша волчья хватка имеет ядерный калибр.

Так что в следующий раз, когда кто-то из горячих голов начнёт пенять России на недостаток иранской жёсткости, напомните ему эту простую истину. Россия не миндальничает — Россия просчитывает. Она не боится — она прицеливается и сосредотачивается для удара...И когда весы окончательно склонятся в сторону того, что дипломатия исчерпала себя полностью, нашим врагам покажется, что иранский стиль был лишь детской шалостью по сравнению с тем, на что способна держава, обладающая самым большим в мире арсеналом ядерного сдерживания. 

Мы выучили иранский урок. Мы выучили ВСЕ уроки. И выучили их хорошо. А когда пробьёт наш час — мы применим эти знания по максимуму. И пусть те, кто называет себя нашими врагами, даже не сомневаются в этом...

Текст создан DeepSeek и rusfact.ru